tepliakoff (tepliakoff) wrote,
tepliakoff
tepliakoff

Черные небеса 3. Глава 2. Странности (окончание)

-Осторожно!
-Снимайте.
Закрытых глаз коснулся свет.
-Мэллори, вы меня слышите? Вы можете кивнуть?
Мэл приоткрыла глаз и поморщилась.
-Ярко.

-Это скоро пройдет. Вы молодец, Мэллори! Вы просто молодец!
Держа в руках шлем, Уиллоу наклонился к самому ее лицу.
-Вы немного поторопились, вошли в систему слишком резко. Большой поток информации. Вы не привыкли. Но для первого раза – блестяще!
Мэллори провела рукой по лбу и отстраненно посмотрела на мокрую ладонь.
К ней подошел Цвирг.
-Как вы себя чувствуете?
-Нормально. Немного странно, но… Нормально.
-Это хорошо. Второй лейтенант Васкес проводит вас в душевую. Смывайте свое «странно» и возвращайтесь сюда, просмотрим телеметрию и послушаем ваши соображения. Потом вас осмотрит врач.
-Да, сэр!
Мэллори выбралась из кресла и покачнулась, подоспевшая Васкес подхватила ее под руку.
-У вас двадцать минут, - сказал им Цвирг.
-Да, сэр! – ответила белобрысая и повлекла Мэл к выходу.
 
-Всегда так?
Мэллори положила комбинезон на скамейку и пожала плечами.
-Обычно нет. Обычно легче.
Она потянула футболку вверх и почувствовала, как заколотилось сердце.
«Это тоже что-то новенькое».
Ей вдруг захотелось прикрыться перед этими темно-синими грозовыми глазами; и еще ей захотелось подойти и обнять второго лейтенанта Васкес – Мэллани - прямо сейчас, в крошечной раздевалке душевой.
«Господи, о чем я думаю!»
Мэллори быстро разделась и поспешила к двери душевой.
-Десять минут! – предупредила Васкес. – Не задерживайся!
«А если задержусь? Тебе придется раздеться и пойти за мной, мой милый маленький ангел», - подумала Мэл и юркнула в дверь.
 
Мэллори сидела перед экраном терминала и рассеянно барабанила пальцами, ожидая соединения. Ее мысли витали где-то далеко: она думала о белых мишках-игрушках, о детских забавах, братьях и сестрах, мальчиках и девочках.
Пискнул динамик, на экране появилось лицо профессора Стимуна.
-Привет, детка.
-Привет, пап.
Стимун улыбнулся.
На самом деле он не был ей отцом. Не был даже дальним родственником. Мэллори не помнила своего настоящего отца и ничего о нем не знала, а о маме ходили слухи, будто она содержится в какой-то тщательно охраняемой секретной лаборатории. Что это за лаборатория и почему маму там держат, оставалось неясным, и Мэл не особенно стремилась это выяснить. Биологические родители были для нее чем-то далеким, абстрактным. С самого детства она помнила только Стимуна. Он был ей отцом и матерью, и старшим братом.
-Я только что получил твои результаты с Мнемозиной. Нелегко тебе пришлось, правда?
Мэллори кивнула.
-По правде говоря, я не предвидел затруднений. Мне казалось, эта задача тебе вполне по силам. В противном случае, я не стал бы форсировать события.
Он помолчал, глядя на нее выжидающе.
-Так что случилось?
Мэллори нахмурилась и потерла лоб.
-Не знаю. Это все очень странно… Я как будто подключилась к кому-то другому. Сначала к кораблю, это было нетрудно, но потом, я словно перепрыгнула…
-Куда?
-Не куда, папа, а в кого!
Стимун наклонился ближе к экрану.
-В кого? Ты имеешь в виду человека?
-Да. Мне кажется, да.
-В какого человека?
-Не знаю… Это было похоже на ментальных интерфейс, только в чужом теле. Живом теле… Это женщина. Ее зовут Цесс. У нее ребенок, и она… по-моему, она ненормальная.
-Расскажи подробно.
Мэл сосредоточилась, воскрешая в памяти недавние события, и с удивлением поняла, что помнит все, вплоть до запахов, до ощущений. Пульт в руках, совершенно гладкий с шершавой полосой там, куда ложится указательный палец; длинные обезьяньи зубы одного из мужчин; тонкие светлые волосы другого, легкий сквозняк перебирал их, словно невидимые пальцы. Это было даже не воспоминание, а возвращение во времени.
Она пересказала все, что видела, и Стимун ни разу не перебил ее.
-И еще – я не могла управлять этим. Только воспринимала.
-Это очень, очень интересно! - сказал профессор. – Теперь хорошенько подумай и скажи, не замечала ли ты за собой еще что-то необычное? Может быть незначительное, на что ты не обратила внимание?
Мэллори медленно помотала головой.
-Нет. Ничего такого.
-Что-то должно было дать импульс. Подумай.
Мэл подумала о Васкес. О том, как увидела ее в первый раз и чуть не забыла куда шла. Снова помотала головой.
-Ничего такого.
Стимун задумчиво чесал в затылке.
-Странно. И очень интересно. Детка, я прошу тебя, если произойдет что-то подобное или вообще что-то необычное, сразу же свяжись со мной. Я предупрежу твое начальство. То, что происходит, может быть очень важно! Ты понимаешь?
-Да. Пап, а кто мои настоящие родители?
-Почему ты спрашиваешь?
-Мне интересно. Это, вроде, естественно - интересоваться такими вещами.
-Безусловно. Просто раньше ты… никогда не спрашивала. Почему вдруг сейчас?
Мэллори пожала плечами.
-Я же не на пустом месте такой уникум. Эти мои способности, они откуда-то берутся. Если бы я узнала кто они, я бы, наверное, смогла понять… что-то понять.
-Может быть. К сожалению, я сам ничего о них не знаю.
-Но ты мог бы спросить. Тебе скажут.
Стимун усмехнулся.
-Конечно же я спрашивал, милая. И мне сказали, что больше спрашивать не надо. Вокруг тебя секретности больше, чем вокруг всех вместе взятых технологий конгломерата. Хорошо еще, что они не упекли тебя в какую-нибудь клетку. - Он посерьезнел. – Что вполне может быть. Так что, я тебя очень прошу, не пытайся ничего разузнать сама. Потерпи, когда-нибудь все откроется.
-Знать бы только когда наступит это «нибудь».
Они немного помолчали.
-Как твои отношения с коллективом? – спросил Стимун, меняя тему. – Напряжение все еще сохраняется?
-Жить можно.
Они еще немного поболтали. Стимун спросил о Санчесе, Мэл сказала, что Санчес – мужчина ее жизни. Нет, она не влюбилась, нет, ничего такого не было, да, если Стимун станет дедом, то она, Мэллори, немедленно ему сообщит. Да, начальство ее любит, нет, бытовые условия не изменились, ее все устраивает. Да, она тоже скучает, да, она тоже целует.
Пока.
Пока.
 
-Господи, Санни, что за дрянь!
-Нормальная дрянь. Да ты не нюхай! Кто же нюхает?!
-Окей. Плесни еще для обнуления регистров. Надо девушке… Ик. Ой, Господи!
-Мэл, ты не налегай. Тебе же еще возвращаться.
-Ты меня отнесешь. Отнесешь бедную девушку в кроватку?
-Отнесу. И уложу, и поцелую перед сном, и…
-Я навига-а-атора люблю-ю-ю, – музыкально замурлыкала Мэл и опрокинулась на дверцу шкафчика. – Люблю. Люблюю.
Она закрыла глаза и протянула в темноту посуду.
-Плесни на полпальца.
-Мэл.
-У?
-Бассейн свободен. До самого утра никого не будет. Пойдем окунемся?
-А если там спрут питающ… щься кровью девственниц? – поинтересовалась Мэл и открыла глаза.
-Нет его. Он уже давно умер с голоду. Ну как, идем?
Мэл бросила стакан в сторону и проследила глазами, как тот укатился под скамью.
-Почему нет?
Раздеваясь, они затеяли кидаться вещами. Мэл удалось утопить лишь один ботинок Санчеса, остальное он успел перехватить. Они упали в воду двумя мешками, Санчес тут же скользнул в глубину, словно большая бледная рыба, а Мэл не спеша поплыла вдоль бортика. Прохладная вода гладила голое тело, в голове постепенно прояснялось.
-Хорошо… - прошептала она. – Санни, как хорошо.
Она доплыла до мелководья в противоположном конце бассейна, легла на спину, положив голову на низкий бортик, и стала смотреть на тусклые лампы на потолке. По телу разлилась тугая истома, Мэл вытянула ногу, потом другую, выгнула спину. Ее груди поднялись из воды, словно два острова с крошечными вулканами посередине. Она улыбнулась, провела по ним ладонями, вздрогнув от легкого сладкого разряда. Ее рассеянный взгляд скользнул в сторону и остановился на Санчесе.
Тот стоял чуть в стороне, мелкая вода доходила ему почти до пояса, и из этой воды торчал, устремленный к потолку, набухший член. Санчес смотрел на Мэллори остекленевшими глазами, плавно водя по члену рукой – вверх-вниз, вверх-вниз.
Мэл поймала себя на том, что невольно отвечает его движениям, чуть приподнимая и опуская бедра.
-Развратные действия по отношению к сослуживцу, - укоризненно заметила она. – Прямое нарушение устава.
-А? – хрипло выдохнул Санчес, но развратные действия не прекратил.
-Санни, ты бы хоть разрешения спросил, что ли. Мэл, разреши я на тебя подрочу? В качестве дружеской помощи.
-Мэл, - проблеял Санчес и снова замолчал.
-Черт с тобой. Ты же все равно не остановишься.
Она снова устремила взгляд к лампам.
Вокруг забурлила вода. Санчес обхватил Мэллори и прижал к себе. Его окаменевшая штука ткнулась ей в живот. Мэл поморщилась и уперлась ладонями ему в плечи.
-Санни, отвали!
-Мэл! Ну что ты, Мэл! Ты же тоже этого хочешь? Ну. Давай, а?
-Отвали, говорю!
-Я же видел, как ты смотрела, - засопел Санчес, снова сжимая объятия. Он ткнулся ей носом в грудь. – Смотри, как стоят. Природу не обманешь!
-Санни, я тебя очень люблю, но сейчас двину тебе по яйцам. Последний раз говорю – отпусти.
Несколько секунд Санчес колебался, оценивая степень опасности, потом разжал руки и встал на колени.
-И убери это от моего лица.
-Не понимаю, - задумчиво и грустно произнес Санчес. – Вдрызг пьяная девушка отвергает лучшего пилота и красавца. В чем подвох? У тебя неправильная сексуальная ориентация?
-На свою посмотри!
-Вот и я смотрю!
-Отстань, Санни. Оставь меня в покое. Хочешь дрочить – дрочи, только не лезь!
Санчес обиженно махнул рукой, развернулся и, упав животом в воду, двумя сильными гребками ушел в глубину.
«А может быть он прав? – подумала Мэллори. Она вспомнила, как стояла голая перед Мэллани Васкес, как ухало в груди сердце и как хотелось ее обнять, такую беленькую, такую нежную. На глаза навернулись слезы. – Боже мой! Я влюбилась…»

Tags: ЧН3
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments